— Не к нам? — поддержала я подружку.

— Да нет, не к вам! Это новый жилец! На пятом этаже квартиру купил. Как раз под вами. Натерпитесь еще! Он какой-то ремонт затевает, все ломать будет, еврейский называется!

— Что? — изумились мы.

— Еврейский ремонт, это когда все ломают!

— Да не еврейский, а европейский, евроремонт! — сообразили мы.

— Какая разница, все одно неприятностей от таких жильцов необерешься. Еще стрелять, не дай бог, начнут или того чище, взрывчатку подкинут!

— А он кто?

— Банкир! Чтоб им всем пусто было!

— А что он вам плохого сделал? — сразу вскинулась Матильда.

— Погодите, вы ещё не так запоете, когда он полдома сломает! Это ж сколько народу ограбить надо, чтобы в такую хоромину одному въехать! Вот твой дедушка, его весь мир знает, а сколько вас в этой квартире живет?! А он один туда въезжать собирается! Дармоед!

— Да ладно вам, бабы, — одернула подруг одна из старушек. — Мы тут сидим целыми днями, а такого соколика давно не видали! Уж до чего красив! Кажется, сроду таких не встречала! Аж сердце заныло!

— Да ты, Егоровна, никак влюбилась? — засмеялись бабки.

— Куда уж мне влюбляться, а все одно — глазу приятно. Верно, девчонки? — обратилась она к нам.

— Верно! — подхватила Мотька.

— Моть, пошли к нам? — предложила я.

— Нет, мне домой надо, дел много! До завтра, подружка!

— Ладно, пока! Созвонимся.

Открыв дверь, я увидела стоящих в передней маму и… красавца банкира. Они разговаривали как старые добрые знакомые.

— Вот, Феликс, познакомьтесь с моей дочерью, Асей.

— У вас такая взрослая дочь? — поразился банкир.

— Асенька, это Феликс Михайлович, наш новый сосед и, как выяснилось, старый знакомый.

— Очень приятно, — смущенно пробормотала я. От его красоты захватывало дух.

— Мне тоже очень приятно! Я горячий поклонник вашей мамы… таланта вашей мамы, — поправился он, а мама почему-то покраснела. — Я вот зашел по-соседски предупредить и заранее извиниться за беспокойство, которое невольно причиню своим ремонтом, и вдруг встретил знакомую…